electronic, experimental, industrial / Новосибирск

"Ощущение ирреального трипа, по-другому не скажешь".

Indu Mezu произносится с ударением на первый слог, но все почему-то ставят ударение на второй. Проект начался в девяностых с пленочных коллажей: исключительно сэмплы и монтаж на домашних магнитофонах.

Понял, что этот проект хочу оставить для экспериментов. Такая позиция сформировалась где-то в нулевых, когда от Indu Mezu начали отпочковываться другие проекты. Решил, что в нем буду обкатывать все идеи, и в нем не будет никаких рамок: сегодня я делаю коллажи, а завтра захочу и что-то оркестровое напишу, — то есть совершенно безо всяких границ.

В нулевых была такая мощная движуха, как нет-лейблы. До сих пор ее люблю. Основная волна приходилась на экспериментальную пост-IDM электронику. Но были и техно-ребята, которые делали суровый мастеринг и с большими глазами заявляли: «Мы делаем все круто, у нас все как у настоящих лейблов, только бесплатно и в цифре». Вся эта культура постепенно завяла, люди перестали пользоваться даже самим словом «нет-лейбл». Одно время все перешли на CD-R: DIY-волна сидиэрная пошла. А сейчас есть Бэндкэмп и подобные сервисы. Они иначе позиционируются, и там по-другому все происходит. Менее свободно, скажем, менее тусовочно.

Я стараюсь сделать Indu Mezu наиболее доступным для слушателя, а потому бесплатным. Доступным в смысле денег. Сам материал я доступным никогда не делал, не страдал этим.

Когда был готов первый цифровой альбом, я решил, что мне все-таки нужно себя издать. Нашел на помойке стопку журналов «Наука и жизнь», пролистал их. Часть оставил себе, а в остальные положил диски, вклеил туда прикольную картинку — сделал такой диайвай махровый. Договорился насчет распространения. И так как грустно было писать «нот он лейбл», придумал первый лейбл Misfake и распространил 21 копию.

Сейчас многие не парятся с выпуском альбомов в десять треков. Выпускают один трек на том же Бэндкэмпе как самодостаточную работу, вроде сингла. Я в последнее время тоже об этом думаю: если ты написал вещь и считаешь ее завершенной, то так и выложи. Материал накопился, но его недостаточно для альбома, и я не чувствую внутренних сил, чтобы его дописать.Так что, возможно, там будут четыре-пять треков, такая штука.

Так вышло, что в основном все релизы выходили в цифре. А сейчас уже вообще нет смысла делать какую-то физику, потому что я сам не особо ее покупаю. У меня дома и так всего этого просто завал, куда дальше плодить? Тем более слушаю в основном с компа. Так что следующий Indu Mezu наверняка опять будет в цифре.

Году в 2010-м в России шварцесцена стала цвести буйным цветом. И цвет этот уже начал попахивать нехорошо: все было довольно плоско и однообразно. И я тогда решил — ну а что? Напишу, пожалуй, ритмик-нойз, и все будут пищать. Потому что все пишут ритмик-нойз, и все пищат. Там ничего сложного-то нет. Написал. Но в минималистичных рамках удержаться не смог: все равно там было очень много от Indu Mezu. Конечно, все визжало, пищало и трещало, но была мелодия и такие линии, которых в ритмик-нойзе быть не должно. Кому-то кидал послушать, но мне сказали, что это не ритмик-нойз, а чушь собачья. Я тогда расстроился: до сих пор этот альбом не издал, хотя периодически пытаюсь его переделать. Это, наверное, единственный альбом, который я переделываю, потому что он довольно внятный.

Indu Mezu довольно сложно играть живьем. Практически невозможно, поскольку он весь по большому счету предзаписан и частями состоит из таких больших и сложных кусков, которые не имеет смысла переигрывать.

Концертов очень мало, потому что, во-первых, не зовут — только сам организовал и сыграл. Во-вторых, у меня сейчас нет железа концертного, поэтому я и не хочу. Технически это тяжело. Морально тоже тяжело, напряжно. И я не особо это люблю. Хотя это как бы надо, именно так люди и узнают о такой музыке, о том, что ты существуешь. Когда ты концертируешь, ты популярен, когда ты не концертируешь, то никто и не знает, что ты есть, несмотря на все релизы в сети.

Одна из крутейших вечеринок, на которых я играл, была в «Капкане». Тогда у меня действительно был заготовлен материал так, чтобы я мог его сыграть. Там собрались все друзья, такая тесная тусовка. С нами играли Attrition, Purple Fog Side. Когда я играл, народ падал на колонки и залипал. Очень теплая была атмосфера, не устаю вспоминать.

Музыку я воспринимаю альбомами. Я ее слушаю альбомами и пишу альбомами. И рассчитываю, что слушатель будет воспринимать ее так же: я специально собираю материал для этого, выставляю треки в определенном порядке, чтобы они друг с другом были согласованы. Чтобы они звучали вместе.

С самых коллажных времен я сразу думал, что запишу альбом, сделаю какую-то вещь, создам музыкальный объект. То есть я сразу на это нацелился и сразу об этом думал.

Всегда рад коллаборациям, но с ними одна проблема — чаще всего они заканчиваются ничем. Были моменты, когда я заявлялся и сливался, и когда ко мне кто-то заявлялся и сливался. Сперва — «давай-давай, во, классно», через пару месяцев списываешься — «во, давай, ништяк». А потом скинешь какие-то материальчики — и все глохнет.

Дедлайн — это единственное, что заставляет действительно взяться и доделать что-нибудь до конца.

У нас нет сцены. У нас есть дофига музыки, которые известна за пределами Новосибирска, но какой-то своей сцены... Тут никто никого не знает. И я ни с кем не знаком и почти никого не знаю. Новосибирск разобщает. Это город, в котором ты работаешь наружу, вовне. Внутри него самого ничего не происходит.

Считаю ли я себя музыкантом? А почему не считать? У меня за плечами уже довольно много всего, уже пора осознать, что да, я музыкант.

• Indu Mezu — электронный проект из Новосибирска. Electronic, experimental, industrial - подборка тэгов, по сути, верная, но мало о чем говорит. Может занести и в IDM, и в ambient.


• Проект стартовал с пленочных коллажей еще в 90-х. Настоящая пленка резалась, перекручивалась в ленты Мебиуса и склеивалась самым причудливым образом.


• Swill Klitch – псевдоним единственного участника Indu Mezu, в смысл которого он предпочитает не углубляться: «Да, это что-то значит, и это исторически сложилось».


• Количество релизов исчисляется десятками, не считая сборников и коллабораций.

• Free Music From Siberia — новосибирский инструментальный дуэт. Звуки фортепиано, немного электроники, легкие джазовые ходы, фанковые ритмы, не перетягивающие одеяло на себя — такую музыку можно услышать фоном, например, в неплохом баре или кафе.


• Композиции FMFS заимствуют для музыкального сопровождения видеороликов. Их композиции используются другими музыкантами для создания собственных произведений.


• Несмотря на скромное количество участников, на записях можно услышать полный набор инструментов — от электрогитары до ударных. На последней коллаборации, вышедшей в феврале, также присутствует вокал.


• Треки публикуются с лицензией Creative Commons – Attribution. Группа разрешает использовать свою музыку всем желающим, в том числе в коммерческих целях.

• Misha Sultan — сольный электронный проект Михаила Гаврилова, известного в том числе по коллективу FPRF. Электрогитары и электронные инструменты на входе и разнообразие музыкальных зарисовок на выходе, — от эмбиентных ландшафтов до танцевальных, вплоть до брэйкбитовых, ритмов.


• Весь материал насыщен ориентальными гармониями. Влияние Востока отражено и в самом названии проекта.


• Свежая работа под названием Desert Mirage увидела свет практически на днях — в конце апреля в рамках компиляции от американского лейбла Crash Symbols.


• С недавнего времени проект сменил место дислокации с Новосибирска на Санкт-Петербург.

• Demon Project совмещают мелодичный метал и электронные дела без малого двадцать лет. Стартовав в Новосибирске как соло-проект, группа преобразовалась в полноценный концертирующий коллектив. В качестве жанрового обозначения обычно фигурирует neomelodic death metal или melodic industrial death metal.


• В музыке встречаются фолковые элементы, а в оформлении альбомов отсылки к шаманизму. Одна из основных тем в лирике — восприятие современного мира глазами древних племен.


• Не так давно в рамках тура группа проехалась по европейским странам. Ключевая веха в истории Demon Project — запись на шведской студии и гостевой вокал Дана Сванё на альбоме.


• Вдобавок к полноценным гитарным композициям парни время от времени выстреливают совсем электронными ремиксами.

• Coldleap — электронный дуэт, образовавшийся в Новосибирске в 2006-м году, но давно функционирующий на два города. За новосибирскую часть отвечает Евгений Гаврилов (Dyad, FPRF). Второй участник, Алекс Симпсон, уже несколько лет живет в Санкт-Петербурге.


• Большой разброс жанровых ярлыков на афишах. В основе материала — близкая то к индастриалу, то к техно танцевальная электроника с добавлением живых инструментов. Их использование можно наблюдать и на концертах: электро- и бас-гитары, барабаны и вокал время от времени появляются и аккуратно накладываются на синтезированный звук.


• Выступления полным составом редки по понятным причинам. В основном под названием Coldleap выступает Алекс, а воссоединяется проект чаще всего в турах по сибирским городам.


• Сами парни пишут, что выпускают новый трек примерно раз в год. Если пересчитать композиции с недавнего альбома "twentyone", примерно так и выходит.

• Colorless окончательно сформировались в 2014-м году в новосибирском Академгородке. Музыка — мелодичный progressive metal со множеством влияний.


• Между первыми записями и альбомом разница в пять лет.


• До трансформации в полноценный концертирующий коллектив группа представляла собой дуэт из гитариста-вокалиста и ударника.


• Пока единственная запись — альбом Silent Gods 2016-го года.

• Astrobiology — новосибирское трио, классическое для рок-групп по составу. Парни определяют свое творчество как space rock, и такое определение не хуже любого другого.


• Вокал утоплен в реверберации, гитары щедро приправлены эффектами: музыка не гитарных риффов, а создаваемых атмосферных пейзажей.


• Двухтрековая работа Arise опубликована всего несколько дней назад — аккурат в День космонавтики.


• У группы выходил демо-сингл в 2015 году, но после свежего EP Bandcamp был подчищен от ранних записей.

• Владыка Всей Вселенной — на редкость юморной и пошлый новосибирский аудиопроект. Настолько, что некоторые сессионные музыканты просили не афишировать свое участие в записи. Перед прослушиванием стоит убедиться, что рядом нет детей, престарелых родителей или еще кого-то, перед кем вам будет неудобно.


• Секс, наркотики и рок-н-ролл в каждой строчке лирики. Но по форме материал часто скатывается в разудалые частушки.


• В одной из композиций есть реальная запись хора бабушек, которых попросили спеть несколько строчек для песни.


• Видимая активность проекта давно свелась к нулю.

• D.C.Culture — doom/death metal-коллектив, образовавшийся в Новосибирске еще в начале 90-х годов. Несмотря на англоязычные названия композиций лирика группы на русском языке, а одна из работ посвящена Владимиру Маяковскому.


• Не менее шести релизов в промежутке 1994-1996 гг., в основном в виде синглов и EP.  Примечательно, что общее число композиций больше всего раза в два.


• Первоначальное название Doom Cabbalistic Culture впоследствии сократили до более компактного варианта.


• Предсказуемо, группа не дожила до наших дней.

• Vladimir Kuznetsov — под своим именем Владимир Кузнецов публикует материал, который не подходит по формату к его основному проекту The Bells of St. Mary's. Одно из отличий — присутствие гитарных партий.


• Первая и пока единственная работа, Melancholic Pair, опубликована в январе этого года. На записи две пересведенные композиции, сочиненные в 2008 и 2012 годах.


• Толчком к появлению записи стало влияние японского психоделического рока.


• I Wanna Be Your Dog является отсылкой к The Stooges, но не кавером на них.

• Bisamråtta — гитарный эмбиентный проект, созданный в Новосибирске гитаристом/саксофонистом Владимиром Лучанским. Созерцательная мелодичная музыка с очень деликатным звучанием.


• В переводе со шведского название означает «ондатра».


• Последний на сегодняшний день альбом Travels вышел в прошлом году. Запись включает в себя две получасовые композиции и посвящена воспоминаниям о путешествиях по сибирским городам.


• Проект продолжает свою деятельность в Санкт-Петербурге.

• IRNI — новосибирский блэк-метал проект музыкантов Morior и Slumber. Сырое звучание, все по канонам. Материал сочинялся и записывался спонтанно, «на лету».


• Просуществовал IRNI очень недолго. Было записано всего две песни, опубликованные позже в формате EP.


• Изначально запись должна была состоять из семи композиций. В итоге это число осталось только в названии релиза.


• Проект состоял из двух человек. Один из участников погиб в конце прошлого года.

• presidiomodelo — новосибирское трио, переродившееся в электронный проект из театральной мастерской «Ангел Копуста». Эмбиент, дроун, полевые записи.


• Идея проекта — создание психоактивной музыки и погружение слушателя в измененные состояния сознания.


• Название в переводе с испанского означает «образцовая тюрьма» или «образцовое заключение», но никакого отношения к Кубе не имееет. Трактовать его можно как метафору сознания, ограниченного субъективным опытом. Или как образ добровольного отшельничества — ограничения восприятия для концентрации на единственно важном здесь и сейчас.


• Все участники presidiomodelo имеют прямое отношение к театру, а композиции изначально являются саундтреками к постановкам. Пока единственное исключение, созданное как самостоятельная аудиоработа, — свежий материал, выпущенный буквально на днях индонезийским лейблом.

electronic, experimental, idm, ambient, shoegaze | Новосибирск